ВАРИАБЕЛЬНОСТЬ СЕРДЕЧНОГО РИТМА У КРЫС С ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ХРОНИЧЕСКОЙ СЕРДЕЧНОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТЬЮ, ДЛИТЕЛЬНО ПОЛУЧАВШИХ ИНГИБИТОРЫ АНГИОТЕНЗИНПРЕВРАЩАЮЩЕГО ФЕРМЕНТА И БЛОКАТОРЫ КАЛЬЦИЕВЫХ КАНАЛОВ

щей среды соединениями фтора и алюминия, имеющимися в качестве примесей в кремнегеле.
Библиографический список
1. Кондратьев В.П., Кондратенко В.И. Синтетические клеи для древесных материалов. - М.: Научный мир, 2004. - 520с.
2. ЛеоновичАА. Физико-химические основы образования древесных плит. - СПб.: Химиздат 2003. - 190с.
3. Каратаев С.Г., ЧубовА.Б., ЕрмолаевБ.В. // Деревообрабатывающая промышленность. -1991. - №>7. - С. 7-8.
Сидоров Александр Вячеславович
канд. мед. наук, доцент кафедры фармакологии Ярославской государственной медицинской академии,
Григорьева Мария Валерьевна
канд. биол. наук, ассистент кафедры нормальной физиологии с биофизикой Ярославской государственной медицинской академии,
Кузьмин Федор Андреевич
ассистент кафедры медико-биологических дисциплин Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова,
Фатеева Ксения Михайловна
аспирант кафедры фармакологии Ярославской государственной медицинской академии
ВАРИАБЕЛЬНОСТЬ СЕРДЕЧНОГО РИТМА У КРЫС С ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ХРОНИЧЕСКОЙ СЕРДЕЧНОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТЬЮ, ДЛИТЕЛЬНО ПОЛУЧАВШИХ ИНГИБИТОРЫ АНГИОТЕНЗИНПРЕВРАЩАЮЩЕГО ФЕРМЕНТА И БЛОКАТОРЫ КАЛЬЦИЕВЫХ КАНАЛОВ
Исследовано действие ингибиторов АПФ (каптоприла и периндоприла) и блокаторов кальциевых каналов (нифедипина и циннаризина) на вариабельность сердечного ритма при длительном применении у крыс с экспериментальной хронической сердечной недостаточностью (ХСН). Обнаружено, что в условиях ХСН, воспроизведенной посредством создания олеоторакса и протекавшей с относительным преобладанием тонуса парасимпатического отдела автономной нервной системы и брадикардией, ингибиторы АПФ и блокаторы кальциевых каналов способствовали повышению роли симпатических влияний в регуляции сердечного ритма. Перин-доприл и нифедипин, кроме того, несколько увеличивали тонус парасимпатического отдела автономной нервной системы.
Ключевые слова: Вариабельность сердечного ритма, автономная нервная система, ингибиторы АПФ, блокаторы кальциевых каналов, кратковременный иммобилизационный стресс, хроническая сердечная недостаточность.
На основании результатов испытаний можно заключить, что образцы фанеры соответствуют требованиям ГОСТа по пределу прочности, составляющему 1,5 МПа. Применение активного наполнителя на основе кремнегеля позволяет вводить его в смолу в значительно большем количестве по сравнению с традиционным наполнителем - каолином. Это будет способствовать снижению себестоимости фанеры и даст определенный экономический эффект. Кроме того, утилизация кремнегеля дает экологический эффект, поскольку предотвращает загрязнение окружаю-
УДК 591.1 + 615.1
Среди широко используемых в настоящее время в клинической практике современных неинвазивных методов оценки состояния системы кровообращения является метод анализа вариабельности сердечного ритма (ВСР) [1; 18-22]. В его показателях находит отражение не только тонус парасимпатического и симпатического отделов автономной нервной системы (АНС), но и активность высших подкорковых, а также гуморальных механизмов
регуляции [1-3]. Метод анализа ВСР приобрел особое значение для оценки состояния и прогноза пациентов с заболеваниями сердечно-сосудистой системы, так как в патогенезе большинства из них (хронической сердечной недостаточности, ХСН, ишемической болезни сердца, артериальной гипертензии и пр.) ключевую роль играет нейрогормональный дисбаланс [8; 15]. Для лечения заболеваний системы кровообращения используется широкий арсенал лекарственных
© Сидоров А.В., Григорьева М.В., Кузьмин Ф.А., Фатеева К.М., 2011
средств, которые напрямую или опосредованно модулируют активность нейрогуморальных систем: а- и р-адреноблокаторы, ингибиторы ангио-тензинпревращающего фермента (АПФ), блока-торы рецепторов к ангиотензину II и альдостерону, антагонисты кальция и пр. [7; 8; 15; 17].
В предыдущих работах мы исследовали влияние бета-адреноблокаторов на сердечный ритм у крыс, находящихся в различных состояниях: наркоз, иммобилизационный стресс, а также при хронической сердечной недостаточности [12-14].
Целью данной работы явилось изучение особенностей ВСР у крыс с экспериментальной ХСН, длительно получавших ингибиторы АПФ и бло-каторы медленых кальциевых каналов различных подклассов.
Материал и методы исследования
Все эксперименты проведены на взрослых беспородных крысах самцах массой 180-210 г. ХСН у животных моделировали путем функциональной перегрузки сердца [16]. Для этого под гексенало-вым наркозом (100 мг/кг веса внутрибрюшинно) по методике Н.Н. Пятницкого и Ю.А. Блинкова в нашей модификации [16] путем двукратного введения силиконового масла в плевральную полость: вначале по 1,5 мл масла на 100 г веса крысы и через 30 дней еще по 1,0 мл/100 г веса в каждую плевральную полость животного. Через 20-40 дней от начала эксперимента у крыс отмечались одышка, цианоз мордочки и лап. При усугублении тяжести ХСН (второе введение масла) выраженность одышки и цианоза увеличивалась, животные становились гиподинамичными, часто принимали ортостатическое положение (ставили передние лапки на край кормушки), наблюдались признаки задержки жидкости в организме (отечность мордочки, особенно верхней губы, лап). При морфологическом исследовании отмечались гипертрофия кардиоми-оцитов обоих желудочков, увеличение размеров клеточных ядер, а также гипертрофия и гиперплазия волокнистых структур стромы. В легких на фоне венозного полнокровия выявлялись признаки гипертензии малого круга кровообращения. В печени наблюдалась картина венозного полнокровия и жировой дистрофии гепатоцитов периферической части долек, что свидетельствует о наличии хронической недостаточности правого желудочка [11].
Крыс с ХСН разделили на 5 групп. Животным контрольной группы (п=30) с 31 по 100 день экс-
перимента ежедневно внутрижелудочно вводили 1 мл физраствора; крысам опытных групп аналогичным образом вводили препараты в суточных дозах: ингибиторы АПФ - каптоприл 6,3 мг/кг (п=15) и периндоприл 0,3 мг/кг (п=15), блокаторы кальциевых каналов - нифедипин 6,8 мг/кг (п= 15) и циннаризин 12,6 мг/кг (п=15). При расчете доз препаратов для крыс учитывали коэффициент пересчета 5,9 [6]. Кроме того, имелась группа интактных крыс (п=15).
Выбранные для исследования препараты представляют различные классы ингибиторов АПФ и блокаторов кальциевых каналов. Каптоприл является лекарством, а периндоприл - пролекарством, из которого в печени образуется активный метаболит периндоприлат, оказывающий фармакологический эффект. Нифедипин относится к дигидропиридинам и, в основном, блокирует медленные кальциевые каналы гладких мышц сосудов, а циннаризин является производным дифенилпиперазина и избирательно действует на артерии головного мозга [9; 17].
По окончании указанного периода регистрировали ЭКГ у бодрствующих иммобилизированных животных. Возраст всех животных на момент исследования был одинаковым. Для регистрации ЭКГ использовали двухканальную электрофизи-ологическую установку (г. Санкт-Петербург) связанную через АЦП (L-CARD Е-440, г. Москва) с компьютером 1ВМ РС «Рейшт II». Частота дискретизации - 4,0 кГц. ЭКГ записывали во II стандартном отведении в течение 4-х минут в программе L-GRAPH, поставляемой вместе с АЦП. Просмотр ЭКГ и первичную обработку ее проводили с помощью программы RRMatch, а окончательный расчет показателей ВСР и их графическое отображение в программе CRGraph [12].
При изучении ВСР использовались показатели временного анализа: Мп и Мх - минимальная и максимальная длительности всех интервалов R-R (мс), RRNN - средняя длительность всех интервалов R-R (мс), ЧСС - частота сердечных сокращений (уд/мин), SDNN - стандартное отклонение нормальных RR интервалов (мс), CV - коэффициент вариации (%), RMSSD - квадратный корень из суммы квадратов разности величин последовательных пар интервалов RR (мс); геометрического анализа: МхЭМп - вариационный размах (мс), Мо - мода (мс), АМо - амплитуда моды (%), SI - стресс индекс (усл.ед.), Е1^ - площадь скаттерограммы (мс2), EllAs - соотноше-
Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова № 1, 2011
Таблица
Влияние длительного применения ингибиторов АПФ и блокаторов кальциевых каналов на показатели ВСР у крыс с экспериментальной ХСН (М±т)
Показатель Итакшк ХСН Калтопркп Пер надо прнл Ннфедшпш Цтааршнк
Мп(ж) 118,3+0,96 125,6+1,73*** 123,2±2,60* 127,3+3,28** 117,4+1,13^' 116,0±1,65лМ"
Мх (ж) 133,5±1,32 139,2+2,19* 134,0±3,34 135,3±2,91 133,4+2,59 132,7+3,52
РШМ(ис) 125,2±1,04 Ш,2+1,60** 127,8±3,55 131,0+3,09 1247±1,33^ 123,9±1,63г*
ЧСС (удУмин) 430±3,9 459+5,4** 472±6,3 459+6,5* 483+5,2** 435±6,4У*
2Б№Т(ж) 2,26+0,196 1,93+0,167 1,47±0,091*** 1,17+0,054***л+ 1,84+0,235 2,02±0,342*
СЧ (%) 1ДО±ОД48 1,50+0,115 1Д6±0,083***А 0,89+0,050 1,47+0,180 1,62+0,254
КМ55В(Ж) 1,84±0,119 1,63+0,096 1,54±0Д65 1,19+0,097*** 2,02+0,307* 2,07+0,242'’*
МхБМп (не) 14,8+0,93 13,9±1,17 11,3±0,99 8,^7+0,67 ^*лгл 16,0+2,60* 16,2+3,26*"*
Мо (ж) 125,2±1,04 131,1 ±1,59** 128,3+3,57 131,7±3,53 1246±1,36^ 123,9±1,36у*
АМэ (%) 39,5+1,99 46,2+1,84* 57,5±5,97**л 55,9+1,85*А 463±2,59*+ 48,4±4,83*
БІ (уел. ед.) 13434±1360 15944±1741 20762±2:006* 24719±1728* 15565+3303 15733+3019
ЕІ^да1) 117,5+17,06 87,7±10,90 54,5±7,30*А 100,0±17,45+жж Й1,5±19,§Ґ""
ЕПАй (%) 52,1 ±3,21 51,9+3,45 63,2±4,12 60,6±4,18 63,5 ±4,83 67,6±5,89*А
Ц7 (иса) 0,87±0,181 0,52+0,111 0,33+0,091* ОД 5+0,077 0,30+0,175 0,72+0,162**
НИ (ж') 0,38±0,055 0,28+0,031 0,21+0,053 одзщот***^ 0,41:+О,0Ш'4' 0,40+0,082^
ТР (ис3) 1,25±0,222 0,80+0,129 0,54+0,077** 0,28+0,072 ***лл+ 0,91+0,274* 1,12+0,228'*'
]_Р (%) 59,4±2,71 58,7В,18 58,7±9,95 46,6+11,35 53,7 ±4,39 53,6±5,40
НИ (%) 40,6+3,71 41,3+3,18 41,3+9,95 53,4±11,35 46,3 ±4,39 46,4±5,40
ЬЕ/НР (уел. ед.) 2,15+0,341 1,91+0,249 2,37±0,467 1,10+0,328 ^ 1,30+0Д69*+ 1,53+0,404
Примечание: *** - р<0,001, ** - р<0,01, * - р<0,05 - по сравнению с интактными, ллл - р<0,001, лл - р<0,01, л - р<0,05 - по сравнению с ХСН, +++ - р<0,001, ++ - р<0,01, + - р<0,05 - по сравнению с каптоприлом, ### - р<0,001, ## - р<0,01, # - р<0,05 - по сравнению с периндоприлом.
Вариабельность сердечного ритма у крыс...
ние ширины к длине скаттерограммы (%); спектрального анализа: LF - мощность волн низкой частоты (мс2), НБ - мощность волн высокой частоты (мс2), ТР - общая мощность спектра (мс2), LF% - относительное значение мощности волн низкой частоты, НБ% - относительное значение мощности волн высокой частоты и LF/HF - индекс вагосимпатического баланса (усл. ед.) [1; 2]. При расчете геометрических показателей шаг гистограммы составлял 2 мс. Диапазон LF составлял 0,02-0,75, а НБ - 0,75-3,0 Гц [12].
Статистический анализ выполнен в программе «Statistica 6.0». В случае нормального распределения для оценки достоверности отличий применяли t критерий Стьюдента. Если распределение отличалось от нормального - непараметрический критерий Уилкоксона. Различия считали достоверными при р<0,05. Данные в таблице представлены в виде М±т (средняя величина и ее стандартная ошибка).
Результаты исследования и их обсуждение
Животные с ХСН отличались от интактных по целому ряду изучаемых показателей ВСР (см. табл.). Такие показатели как Мп, Мх и RRNN у крыс с ХСН были статистически значимо выше, чем у интактных животных соответственно на 6,2%, 4,3% и 4,8%. ЧСС уменьшалась на 4,4% (р<0,01). Значения Мо и АМо на фоне ХСН были достоверно выше, чем у интактных крыс соответственно на 4,7% и 17,0%. Кроме того, в условиях изучаемой патологии отмечалось изменение величины остальных показателей ВСР, особенно таких, как EllSq, мощности LF, НБ и ТР, которые уменьшились соответственно в 1,3, 1,7, 1,4 и 1,6 раза. Однако уровня статистической значимости указанные изменения не достигали. Полученные результаты свидетельствуют о возрастании на фоне ХСН тонуса парасимпатического отдела АНС, что, в большой степени, связано с самой методикой воспроизведения экспериментальной патологии - сдавлением сердца маслом извне. Хотя у человека ХСН чаще сопровождается развитием тахикардии, однако в ряде случаев (гидроторакс, гидроперикард, блокады сердца и т.д.) возможно возникновение стойкой бради-кардии [10; 19].
Все исследуемые вещества примерно в одинаковой степени оказывали положительное влияние на проявления экспериментальной ХСН: у животных уменьшалась степень одышки, исче-
зали цианоз и отечность, хотя динамика параметров ВСР была не столь однозначна.
Каптоприл и периндоприл вызывали, в целом, сходные изменения показателей ВСР. Так, АМо на фоне обоих ингибиторов АПФ возрастала, в среднем на 22,8% относительно контроля (таблица), так что ее величина становилась на 43,6% выше, чем у интактных крыс (р<0,01). В свою очередь, CV на фоне каптоприла снижался на 22,7% по отношению к контролю (р<0,05) а под действием периндоприла - на 60,7% (р<0,001); величина EllSq уменьшалась соответственно на 37,9% (р<0,05) и 62,1% (р<0,001). При этом CV становился на 35,6-50,6%, а Е1^ - на 53,6-71,7% значимо меньшими в сравнении с интактной группой. К тому же, на фоне каптоприла и периндоприла отмечалось значимое увеличение SI соответственно на 54,0 и 83,3%, а также уменьшение SDNN на 35,0 и 48,2% по отношению к интактным (периндоприл, кроме того, снижал SDNN по отношению к контролю на 40,9%, р<0,05). Величина Мп под влиянием обоих ингибиторов АПФ существенных изменений не претерпевала, оставаясь, как и в контрольной группе, в среднем на 5,9% более высокой, чем у интактных крыс (р<0,05). Заметим, что на фоне ингибиторов АПФ нивелировалось различие с интактными животными в величине Мх, RRNN и Мо, имевшее место у контрольных крыс с ХСН без лечения.
Вместе с тем, в действии ингибиторов АПФ выявлялся ряд отличий. Так, на фоне каптоприла нивелировалась разница в ЧСС с группой интак-тных крыс, в то время как периндоприл не оказывал существенного влияния на данный показатель, и ЧСС, как и в контроле, оставалась на 4,4% меньше, чем у интактных крыс (р<0,05). Периндоприл в большей степени, чем каптоприл, способствовал снижению SDNN, CV и EllSq, так что величина данных показателей на фоне периндоприла была соответственно на 20,4, 23,3 и 39,1% меньше, чем под влиянием каптоприла (р<0,05 во всех случаях). На показатели RMSSD и МхОМп перин-доприл действовал также более выражено, что приводило к достижению значимой разницы в величине данных показателей с интактной группой: RMSSD уменьшился на 35,3%, а МхОМп - на 41,2% (р<0,001). Снижение величины МхОМп на фоне периндоприла было значимым также по отношению к контролю на 37,4% (р<0,001).
Наконец, существенные отличия в действии изучаемых ингибиторов АПФ продемонстриро-
вали результаты спектрального анализа ВСР. На фоне каптоприла отмечалось снижение общей мощности спектра ТР на 56,8% относительно ин-тактных (р<0,01), которое происходило, в основном, за счет низкочастотной составляющей LF, уменьшавшейся на 62,1% (р<0,05). Это способствовало увеличению, хотя и незначимому, индекса вагосимпатического взаимодействия (ЬБ/НБ) на 10,2%. Вместе с тем, спектральные характеристики ВСР под влиянием каптоприла по сравнению с контролем значимо не изменялись, и наблюдалась лишь тенденция к снижению общей мощности спектра и абсолютной мощности низкочастотных колебаний, что несколько увеличило индекс вагосимпатического взаимодействия (ЪБ/НБ) на 24,1% (р>0,05).
При длительном применении периндоприла общая мощность спектра снижалась более выражено, чем при введении каптоприла и в итоге становилась меньше на 77,6%, чем у интактных (р<0,001), на 65,0% - по отношению к контролю (р<0,01) и на 48,1% в сравнении с группой каптоприла (р<0,05). При этом происходило значимое уменьшение мощности как низкочастотной, так и высокочастотной составляющих спектра соответственно на 71,2 и 53,6% по отношению к контролю, а также на 82,8 и 65,8% в сравнении с интактными животными. В итоге, индекс ЪБ/НБ уменьшился на 53,6% по отношению к контролю и на 48,8% в сравнении с интактными (р<0,05 в обоих случаях).
Оценивая результаты временного, геометрического и спектрального анализов ВСР в совокупности можно сделать вывод о том, что ингибиторы АПФ уменьшали общую вариабельность ритма и усиливали влияние центральных механизмов его регуляции. При этом каптоприл способствовал некоторому увеличению тонуса сим-патико-адреналовой системы. Трактовать однозначно суммарный эффект периндоприла, опираясь на традиционные представления кардио-ритмографии, затруднительно. Хотя его влияние и не отражалось, собственно, на ЧСС, но по изменениям остальных показателей временного и геометрического анализов можно судить о некотором повышении активности симпатического отдела АНС. Спектральный же анализ свидетельствует о том, что под действием периндоп-рила, наряду со снижением общей мощности спектра, происходило уменьшение индекса ЪБ/НБ за счет более значительного падения мощности низ-
кочастотных колебаний. Данный факт указывает на повышение тонуса парасимпатического отдела АНС [1; 2]. Такое же разнонаправленное изменение показателей временного и геометрического анализов по отношению к спектральному было продемонстрировано нами и при изучении влияния бета-адреноблокаторов на ВСР у стресси-рованных животных [12-14]. Это лишний раз свидетельствует в пользу высказывания ряда авторов [3; 18] о том, что в показателе мощности ЪБ, кроме симпатических, находят свое отражение и другие нейрогуморальные регуляторные механизмы, в т.ч. вагусное влияние, активность вазомоторного центра и пр.
Блокаторы кальциевых каналов нифедипин и циннаризин оказали, в целом, сходное влияние на показатели ВСР. На фоне обоих препаратов ЧСС возрастала соответственно на 5,0 и 5,7% относительно контроля (р<0,05) до уровня у интактных животных. Кроме того, отмечалось статистически значимое уменьшение величины таких показателей, как Мп, RRNN и Мо соответственно в среднем на 7,1, 5,3 и 5,2% по отношению к контролю вплоть до их нормализации (в сравнении с интактной группой). Циннаризин, к тому же, способствовал возрастанию RMSSD и EllAs соответственно на 25,5 и 30,0% по отношению к контролю (р<0,05). Значение АМо оставалось выше, чем у интактных крыс в среднем на 20,0% (р<0,05). Изменение частотных характеристик спектра на фоне блокаторов кальциевых каналов носило характер тенденции. Тем не менее, индекс ЪБ/НБ при действии нифедипина снижался на 39,5% по отношению к интактной группе.
Описанные изменения параметров ВСР на фоне блокаторов кальциевых каналов можно трактовать как незначительное повышение тонуса симпатического отдела АНС под влиянием цин-наризина и небольшое возрастание общего тонуса АНС за счет активации её симпатического и парасимпатического отделов при применении нифедипина.
Сравнивая эффекты препаратов, относящихся к разным классам, следует отметить, что на фоне блокаторов кальциевых каналов, так же, как и при введении ингибиторов АПФ, нивелировалась разница с интактными животными по величине Мх. Однако в действии исследуемых групп и отдельных препаратов выявлялся также ряд отличий. В частности, применение антагонистов кальция приводило к устранению различий с груп-
пой интактных крыс в значениях показателей CV и EUSq, чего не отмечалось при действии ингибиторов АПФ. Напротив, величина стресс-индекса ^Г) и АМо не подвергалась существенным изменениям при использовании блокаторов кальциевых каналов, в то время как на фоне ингибиторов АПФ наблюдался рост этих показателей по отношению к контрольной группе. Отметим также, что при введении блокаторов кальциевых каналов величина Мп была значимо меньшей, чем при применении ингибиторов АПФ на 5,7-7,8%. Кроме того, значения RRNN и Мо на фоне нифе-дипина и циннаризина были в среднем на 5,1 и 5,7% соответственно меньше, а ЧСС, RMSSD и МхОМп - на 5,3, 71,8 и 85,1% соответственно больше, чем в группе периндоприла. Величина АМо при применении нифедипина была на 19,5% меньше, чем в группе каптоприла (р<0,05).
Между ингибиторами АПФ и блокаторами кальциевых каналов выявлялись, кроме того, различия в отношении частотных характеристик спектра. Так, по общей мощности спектра нифеди-пин превосходил периндоприл в 3,3 раза (р<0,05), а циннаризин - оба ингибитора АПФ: каптоп-рил - в 2,1 раза (р<0,05) и периндоприл - в 4,0 раза (р<0,01). Мощность LF-компонента на фоне циннаризина была в 2,2 и 4,8 раза значимо выше, чем при введении каптоприла и периндоприла соответственно. В свою очередь, мощность НБ-составляющей спектра при применении блока-торов кальциевых каналов была выше, чем на фоне каптоприла в среднем в 1,9 раза (р<0,05), а периндоприла - в 3,1 раза (р<0,01). Кроме того, индекс вагосимпатического взаимодействия LF/HF в группе нифедипина был меньше, чем при действии каптоприла на 45,1% (р<0,05).
Таким образом, в условиях экспериментальной ХСН, протекавшей с активацией парасимпатического отдела АНС, ингибиторы АПФ и бло-каторы кальциевых каналов действовали на различные показатели ВСР неоднозначно. Так или иначе, исследуемые препараты повышали активность симпатико-адреналовых влияний, способствуя тем самым восстановлению баланса в системе автономной регуляции сердца. При этом на фоне периндоприла и, в меньшей степени, нифе-дипина активация симпатико-адреналовой системы была выражена в меньшей степени, и выявлялись признаки усиления вагусных влияний.
Активация симпатико-адреналовой системы при применении короткодействующих форм ни-
федипина, как считается [5; 17; 23], имеет рефлекторный генез и связана с системным вазоди-латирующим эффектом препарата. Обнаруженное в настоящем исследовании практически идентичное нифедипину влияние на ВСР циннаризи-на, селективно действующего на артерии головного мозга и не имеющего выраженного системного вазодилатирующего эффекта [9], требует дальнейшего изучения. Можно предположить, что эффекты вазоселективных блокаторов кальциевых каналов на сердечный ритм, опосредуются не только рефлекторными механизмами.
Как известно, при развитии ХСН в исходе различных заболеваний сердечнососудистой системы у человека наиболее часто отмечается активация симпатико-адреналовой, ренин-ангиотен-зин-альдостероновой, а также других нейрогор-мональных систем, опосредующих вазоконстрик-цию, тахикардию, задержку жидкости и натрия в организме [4; 7]. Противодействующие гиперактивации данных систем нейрогуморальные модуляторы, в т.ч. ингибиторы АПФ, бета-адреноб-локаторы и пр., оказывают благоприятное влияние на течение и прогноз ХСН [8]. Выявленная симпатико-адреналовая активация при применении ингибиторов АПФ в условиях ХСН, протекавшей с относительной парасимпатикотонией и брадикардией и, таким образом, нетипичная для данных препаратов нейрогормональная модуляция, требует уточнения.
Библиографический список
1. Баевский Р.М. Анализ вариабельности сердечного ритма в космической медицине // Физиология человека. - 2002. - Т. 28. - №2. - С. 70-82.
2. Баевский Р.М., ИвановГ.Г., Чирейкин Л.В. и др. Анализ ВСР при использовании различных электрокардиографических систем (методические рекомендации) // Вестник аритмологии. -2001. - №>24. - С. 65-87.
3. Баевский Р.М., Кириллов О.И., Клецкин С.З. Математический анализ сердечного ритма при стрессе. - М.: Наука, 1984. - 225 с.
4. Беленков Ю.Н., Мареев В.Ю., Агеев Ф.Т Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента в лечении сердечно-сосудистых заболеваний (квинаприл и эндотелиальная дисфункция). -М.: ООО «Инсайт полиграфик», 2002. - 86 с.
5. Галявич А.С. Применение антагонистов кальция в кардиологии // Consilium medicum. -2007. - Т. 9. - №>11. - С. 49-52.
6. Гуськова Т.А. Оценка безопасности лекарственных средств на стадии доклинического изучения // Химико-фармацевтический журнал. -1990. - №7. - С. 10-15.
7. Мареев В.Ю. Рекомендации по рациональному лечению больных с сердечной недостаточностью // Consilium medicum. - 1999. - T. 1. - №3. -С. 109-146.
8. Мареев В.Ю., Агеев Ф. Т., Арутюнов Г.П. и др. Национальные рекомендации ВНОК и ОССН по диагностике и лечению ХСН (третий пересмотр) // Журнал Сердечная Недостаточность. -2010. - Т. 11. - №1 (57). - С. 3-62.
9. Метелица В.И. Справочник по клинической фармакологии сердечно-сосудистых лекарственных средств. - М.: Бином; СПб.: Невский Диалект, 2002. - 926 с.
10. ОкороковА.Н. Диагностика болезней внутренних органов: Диагностика болезней сердца и сосудов. - М.: Мед. лит., 2004. - Т. 8. - 432 с.
11. Румянцева Т.А., Фатеев М.М., Федоров В.Н. и др. Морфологические доказательства наличия хронической сердечной недостаточности, индуцированной у крыс методом дробного дозированного олеоторакса // Вестник Нижегородского ун-та им. Н.И. Лобачевского. - 2009. -№5. - С. 123-127.
12. СальниковЕ.В., ФатеевМ.М., Сидоров А.В. и др. Вариабельность сердечного ритма у бодрствующих и наркотизированных крыс при воздействии p-адреноблокаторов // Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. - 2007. -Т 144. - №10. - С. 372-375.
13. Сальников Е.В., Сидоров А.В., Ноздра-чев А.Д., ФатеевМ.М. Вариабельность сердечного ритма у крыс, находящихся в различных состояниях // Вестник Санкт-Петербургского ун-та. Сер. 3. - 2008. - Вып. 4. - С. 137-142.
14. Сальников Е.В., Фатеев М.М., Федоров В.Н., Сидоров А.В. Влияние кардиоселективности и внутренней симпатомиметической активности в реализации эффектов бета-адреноблока-торов на вариабельность сердечного ритма бод-
рствующих и наркотизированных крыс // Вестник ВолГМУ - 2009. - Вып. 2 (30). - С. 52-55.
15. Сидоренко Б.А., Преображенский Д.В., Батыралиев Т.А. Ингибиторы ангиотензин-пре-вращающего фермента. - М.: Литтера, 2007. - 352 с.
16. Федоров В.Н., Ноздрачев А.Д., Сальников Е.В. и др. Динамическая модель тотальной хронической сердечной недостаточности у крыс // Вестник Санкт-Петербургского ун-та. Сер. 3. -2006.- Вып. 2. - С. 103-107.
17. Хохлов А.Л., Федоров В.Н., Раков А.А., Лисенкова Л.А. Сердечно-сосудистые средства: от клинической практики к доказательной медицине. - Ярославль: Рамдер, 2003. - 238 с.
18. AppelM.L., BergerR.D., Saul J.P et al. Beat to beat variability in cardiovascular variables: Noise or music? // J. Am. Coil. Cardiol. - 1989. - Vol. 14. -P 1139-1148.
19. Gilliam F.R., Kaplan F.J., Black J. et al. Changes in heart rate variability, quality of life, and activity in cardiac resynchronisation therapy patients: results of the HF-HRV registry // J. Сompilation. - 2007. - Vol. 30. - №1. - P. 56-64.
20. Harada K., Nomura M., Nishikado A. et al. Clinical efficacy of efonidipine hydrochloride, a T-type calcium channel inhibitor, on sympathetic activities - examination using spectral analysis of heart rate/blood pressure variabilities and 123I-Metaiodo-benzylguanidine myocardial scintigraphy // Circulation J. - 2003. - Vol. 67. - №2. - P. 139-145.
21. Kishi T., Hirooka Y., Konno S., Sunagawa K. Cilnidipine inhibits the sympathetic nerve activity and improves baroreflex sensitivity in patients with hypertension // Clinical and Experimental Hypertension. - 2009. - Vol. 31. - №3. - P. 241-249.
22. Petretta M., Canonico V., Madrid A. et al. Comparison of verapamil versus felodipine on heart rate variability in hypertensive patients // J. Hypertension. - 1999. - Vol. 17. - №5. - P. 707-713.
23. 2007 Guidelines for the Management of Arterial Hypertension // J. Hypertension. - 2007. -Vol. 25. - P. 1105-1187.